Открытый мир к 2022 году превратился в жанровый штамп. Башни Ubisoft, маркеры с восклицательным знаком, иконки на радаре каждые двадцать метров — всё это перестало быть инструментом и стало диагнозом. Игрок не исследовал, а зачищал чек-лист. Когда 25 февраля 2022 года FromSoftware выпустили Elden Ring, индустрии стало неудобно: оказалось, что огромный мир можно построить без единого маркера на карте и при этом не потерять игрока.
Релиз: 25 февраля 2022 года
Платформы: PC, PlayStation 4/5, Xbox One/Series X|S
Это материал не про то, хороша ли Elden Ring. Это разбор того, что именно FromSoftware сделали с формулой открытого мира, чтобы получить результат, который теперь четыре года подряд пытаются повторить остальные. И почему ни у кого толком не получается.
Три школы открытого мира до Elden Ring
К началу 2020-х открытый мир в крупных играх существовал примерно в трёх вариантах, и каждый из них перестал быть свежим лет за пять до релиза Elden Ring.
Первая школа — «Ubisoft towers». Far Cry 3 в 2012 году сформулировал паттерн: заберись на башню, она раскроет карту, на карте появятся значки активностей, иди и собирай. Assassin’s Creed после Origins 2017 года довёл эту модель до промышленной зрелости и до того же предела усталости. Игрок не исследует, а методично гасит вспышки иконок. Far Cry 6 2021 года и Valhalla показали, что этой формуле некуда расти.
Вторая школа — «Skyrim как библиотека». The Elder Scrolls V: Skyrim вышел 11 ноября 2011 года и предложил противоположную крайность: квестовых маркеров много, но мир насыщен литературой, диалогами, личными историями NPC. Это работа Bethesda и, в меньшей степени, CD Projekt Red с The Witcher 3. Минус — мир в итоге читается как энциклопедия, а не проживается. Поляки добавили живых персонажей, но и они стянули игрока внутрь сюжетных квестов на десятки часов, оставив мир декорацией.
Третья школа — «BotW-формула». The Legend of Zelda: Breath of the Wild в 2017 году отказалась почти от всего, что предыдущие школы считали обязательным. Минимум маркеров, минимум объяснений, физика как главный инструмент. Игрок исследует через любопытство и через линию горизонта: видишь башню — лезешь к ней; видишь странный камень — подходишь. Это была первая по-настоящему свежая модель за пятнадцать лет.
И всё же между BotW и Elden Ring — пропасть. Nintendo строили мир-конструктор, FromSoftware сделали мир-загадку.
Что Elden Ring отняла у формулы
Самое важное в Elden Ring — то, чего в ней нет. Когда вы впервые открываете карту, на ней нет ни одного значка. Не «нет до зачистки башни», а нет вообще. Карта Лимгрейва — это пергамент с рельефом, реками и тонкими дорогами. Никаких вопросительных знаков. Никаких иконок «здесь враг», «здесь сундук», «здесь побочный квест». Это не маркетинговый минимализм. Это структурное решение, которое тянет за собой всё остальное.
Отказ от мини-карты
Если вы хотите понять, где находитесь, — открываете карту вручную и ищете сами. В то время это решение выглядело почти провокационно: индустрия уже забыла, как игра выглядит без указателя.
Парадокс в том, что отсутствие мини-карты не дезориентирует, а наоборот, заставляет смотреть на мир. Игрок начинает запоминать ландшафт, как когда-то Morrowind 2002 года заставлял запоминать дороги к Балморе.
Места благодати вместо маркеров
Вместо иконок FromSoftware дали навигационный инструмент — золотую стрелку у Мест благодати. Это не GPS, а тонкий жест: «вот сюда, в общем направлении, идёт основная линия». Хотите следовать ей — идёте. Не хотите — не идёте, никто не накажет.
Сами же места — это переосмысленный костёр Souls. Точка отдыха, перенос между местами быстрого путешествия, прокачка, отдых для лошади. Узел навигации, а не маркер квеста. Базовая игра без DLC даёт более трехсот таких мест.
Данжи
Маркеры на карте не нужны не только из-за дисциплины, но и потому что Миядзаки придумал, чем их заменить. Земли между крупными точками заполнены подземными комплексами: катакомбами, шахтами, тоннелями и пещерами. Это короткие, плотные, ручной работы данжи на 15–30 минут каждый — со своим боссом, своим лутом, своей механикой. Вот, например, битва с Ониксовым повелителем в запечатанном туннеле.
По разным подсчётам, в базовой игре более сотни таких мини-данжей. Они выполняют ту же функцию, что иконки на карте в Far Cry, но с обратным знаком: их находишь сам, и каждая находка — это событие, а не галочка.
Наследие старых Соулсов
И при этом FromSoftware не отказались от того, что было их сильнейшей стороной. Большие данжи в Elden Ring — Стормвейл, Райя Лукария, Лейндел, Замок Сола, Фарум-Азула — это полноценные «настольные» уровни в духе Dark Souls. С верхними и нижними этажами, с короткими путями, открывающимися против шерсти, с боссами на каждом ключевом перекрёстке. Это решение, которое больше всего и спасло игру от участи BotW-клона. Открытый мир — это пейзаж, а большие данжи — это архитектура. И между ними держится баланс, который ни у кого после не получился настолько чисто.
Что добавил Мартин
Соавторство Джорджа Р. Р. Мартина в индустрии вызвало понятную долю скепсиса. «Песнь льда и пламени» с её 80 миллионами проданных книг — это одно, а лор для ролевой игры — другое. Что именно сделал Мартин, FromSoftware рассказывали скупо: он написал «мифологию мира до начала игры», то есть генеалогию Полубогов, историю Эрдтри, легенду о Марике и Радагоне, корни войны за Великую Руну.
Если читать все описания предметов в игре подряд (а это, как и в любом соулсе, главный способ собрать лор), почерк Мартина просматривается. Великие дома — это структура, прямо переписанная с Вестероса. Это семь полубогов, как семь королевств. Это братоубийство и предательство как двигатель политики. Это великие имена, которые произносятся с почтением, и тайные грехи за этими именами.
Литературная отсылка тут идёт глубже. Если у Толкина изгнанник — это Арагорн, который должен вернуть себе трон, то у Мартина — это Джон Сноу, у которого это дело до последнего под вопросом. Изгои в Elden Ring ближе ко второй модели. Их статус не дарован сверху, а заработан против воли мира. Это очень мартиновский мотив: легитимность через действие, а не через кровь. И одновременно это очень японский мотив — путь ронина, изгнанного самурая, который завоевывает свою честь сам.
Эволюция от Dark Souls III
Чтобы оценить, насколько Elden Ring — это шаг, а не повторение, проще всего сравнить её с Dark Souls III, релиз которой состоялся 24 марта 2016 года.
Что осталось:
- Боевая система с упором на тайминги, парирование, стамину;
- Костры/Места благодати как узлы прогресса;
- Поэтика «всё уже разрушено» — мир после катастрофы;
- Лор через предметы, а не через диалоги;
- Загадочные NPC, дающие квесты без всякой направляющей нити.
От чего отказались:
- Жёсткой линейности уровней. В DS3 был чёткий маршрут, в ER — открытое пространство;
- Чувства клаустрофобии. DS3 — это коридоры, ER — простор.
Что добавили:
- Лошадь с двойным прыжком — единственное вертикальное и быстрое средство, которое FromSoftware себе позволили;
- Крафтинг — впервые в их играх, осторожный;
- Прах — призываемые помощники, которые в одиночной игре заменяют кооп;
- Нарушение стойки — встроенная механика «слома», открывающая крит.
Эволюция аккуратная. FromSoftware не выбросили из своей формулы ничего, что работало, и не побоялись добавить ровно столько новых элементов, сколько нужно для открытого мира. Это редкая дисциплина в индустрии, где каждая большая игра пытается быть «больше и больше».
Shadow of the Erdtree — продолжение принципов
Дополнение Shadow of the Erdtree вышло 21 июня 2024 года и стало одним из самых успешных DLC в истории жанра: более 5 миллионов копий за неделю. Принципиально новых решений в открытом мире оно не добавило, но расширило существующие. Главным вкладом DLC стало введение Осколка Древа Упадка и Праха славного духа.
Финальный босс DLC — Обещанный Супруг Радан — стал поводом для отдельной дискуссии. После релиза студии пришлось выпустить балансный патч в июле 2024 года, ослабивший некоторые атаки.
Это первый раз за всю историю FromSoftware, когда они публично признали, что переборщили со сложностью боя. И, парадоксально, этот эпизод подсветил, насколько серьёзно студия относится к обратной связи от игроков, не разрушая при этом свою репутацию.
Итог
Открытый мир до Elden Ring был задачей дизайна. После Elden Ring — это задача дисциплины. FromSoftware показали, что в 2020-х можно построить мир на 250 квадратных километров без единого маркера, и игрок не потеряется. Что большие данжи могут жить рядом с открытыми полями и не мешать друг другу. Что соавторство писателя уровня Мартина — это не маркетинговый ход, а структурный.
Прогноз простой. В следующем крупном проекте FromSoftware The Duskbloods студия, скорее всего, сделает шаг назад в сторону полузакрытой структуры — не потому что Elden Ring не сработала, а потому что они никогда не повторяют формулу дважды. Открытый мир Elden Ring останется в их карьере точкой, к которой они вернутся через десять лет, если вообще вернутся.
