Кэтлин Кеннеди: От продюсирования «Полтергейста» до построения вселенной «Звездных войн»
В этот дождливый декабрьский день в Лондоне, когда еще не прошло и двух часов после завершения съемок «Звездные войны: Звездный истребитель» режиссера Шона Леви с Райаном Гослингом в главной роли, Кэтлин Кеннеди готова обсудить давно ожидаемый уход из Lucasfilm. Она передает бразды правления своим давним помощникам. Подразделением Disney будет руководить главный креативный директор Дэйв Филони, а в деловой части – Линвен Бреннан, проницательная валлийская руководительница, которая после 16 лет работы в ILM занимала должность исполнительного вице-президента и генерального директора Lucasfilm.
Кеннеди готовила их пару лет, планируя вернуться к своей «первой любви» — продюсированию. Она снимет много фильмов по «Звездным войнам», в далеком будущем, а также будет работать над некоторыми проектами с Фрэнком Маршаллом. Они женаты почти 40 лет и полюбили друг друга, когда руководили компанией Amblin Стивена Спилберга в период ее расцвета. Ещё до того, как принять предложение Джорджа Лукаса возглавить Lucasfilm в 2012 году (до того, как Disney приобрела компанию чуть более, чем за 4 миллиарда долларов наличными и акциями), Кеннеди уже приложила руку к созданию, кажется, почти всех знаковых блокбастеров, ставших частью нашей жизни. Она впервые упоминалась как продюсер в титрах таких фильмов как «Полтергейст» и «Инопланетянин», а позже – и многих других: «Список Шиндлера», «Шестое чувство», «Мюнхен», «Война миров», «Скафандр и бабочка», «Линкольн», франшизы «Парк Юрского периода», «Индиана Джонс» и «Назад в будущее». С учетом фильмов по «Звездным войнам», которые она продюсировала, эти картины собрали более 11 миллиардов долларов кассовых сборов по всему миру.
С тех пор, как она заняла пост главы Lucasfilm почти 14 лет назад, компания выпустила пять полнометражных фильмов, продолживших сагу, начатую Лукасом в 1977 году, и развивалась в других направлениях. Эти фильмы собрали в мировом прокате 5,9 миллиарда долларов. Первый фильм, «Звёздные войны: Пробуждение силы», стал самым кассовым фильмом в истории Северной Америки, собрав 936 миллионов долларов в домашнем прокате, и стал одним из всего семи фильмов, преодолевших отметку в 2 миллиарда долларов в мировом прокате. «Последний джедай» и «Скайуокер: Восход», завершившие трилогию о Скайуокерах, собрали 1,3 миллиарда и миллиард долларов соответственно. «Изгой-один» также преодолел отметку в миллиард долларов и дал начало сериалу «Андор», получившему премию «Эмми».
Учитывая высокие ожидания преданной фанатской базы, каждый проект и любая творческая наработка тщательнейше анализировались, что повышало уровень стресса. Но достижения неоспоримы. В соответствии с распоряжением Disney о расширении на телевидение и создании Disney+, сериалы Lucasfilm, включая «Мандалорца», «Андор» и др., на данный момент получили более 90 номинаций на «Эмми». Расширение также включало пять анимационных сериалов, аттракционы Star Wars: Galaxy’s Edge в Диснейленде и Disney World, а также развитие Lucasfilm Games. В течение двух лет Кеннеди обсуждала с Бобом Айгером и Аланом Бергманом из Disney план по передаче правления, которая, наконец, состоится в начале 2026 года. Здесь она объясняет Deadline, почему именно сейчас, и что её ждёт в будущем.
Начало интервью: Про возвращение Кеннеди к эклектичному кино и искусственный интеллект
DEADLINE: Lucasfilm разработала множество будущих фильмов по «Звёздным войнам» и выпустила немало сериалов для Disney+ в последние годы. Расскажите о вашем сотрудничестве с Филони и Бреннан, и о том, как вы, наконец, ослабили поводья в управлении ими.
КЭТЛИН КЕННЕДИ: Два года назад я обратилась к Бобу и Алану, чтобы обсудить план передачи управления, и порекомендовала для этого Дэйва Филони и Линвен Бреннан, которая руководила бизнесом вместе со мной. Она 16 лет проработала генеральным директором в ILM, а затем перешла на должность генерального директора Lucasfilm. Она была моим ключевым партнером по финансовым и деловым вопросам в управлении компанией. Дэйв идеально подходит для перехода на новую должность, но не снял ни одного фильма, и я плотно включила его в работу, начиная с «Изгой-один», чтобы он почувствовал, как работает игровое кино. У него есть опыт в анимации, так как он работал с Джорджем над «Войнами клонов». Он очень талантлив и глубоко погружен в «Звёздные войны». Он и Пабло Идальго – как ходячие энциклопедии внутри компании. Они всегда ответят, если спросить: «Эй, можно ли сделать такое со световым мечом?» Или: «Каких цветов были мечи?». Или обо всём, что тебе надо знать о том, что было [во франшизе] раньше. На протяжении всего «Мандалорца» Дейв работал с Джоном Фавро, который стал для него отличным наставником. А потом он занялся «Асокой», основанной на отдельных эпизодах, которыми он занимался в «Войнах клонов». Он смог создать первый сезон «Асоки», а сейчас частично закончил постановку второго сезона, занимаясь сценарием всех эпизодов. Он закончил это в октябре. Но суть в том, что мы обсуждаем это уже два года.
DEADLINE: Боб Айгер ушел на пенсию, его заменили, а затем он вернулся…
КЕННЕДИ: Здесь такого не будет. Я всем сказала, что задержусь немного дольше, чем планировала, но я настолько хочу уйти, чтобы получить возможность создать множество [своих] фильмов. Я хочу снимать больше фильмов и хочу вернуться к тому жанру эклектичного кино, к которому я привыкла. Я с нетерпением жду возможности снова поработать с Фрэнком над некоторыми проектами. Он снимает много документалок и кайфует от этого. Должна сказать, меня также очень интересуют новые технологии.
DEADLINE: ИИ?
КЕННЕДИ: Да. Мне интересно изучить возможность ответственного использования этих инструментов и разобраться в сложностях, связанных с защитой прав художников. Это крайне важно. Но в то же время нет ничего более захватывающего, чем появление новых инструментов, которые могут расширить ваши возможности в части языка виртуального общения в повествовании. У меня была уникальная возможность быть причастной ко многому из этого и наблюдать за многими изменениями. Я искренне считаю, что мы снова приближаемся к моменту, когда увидим что-то, невиданное ранее. Я думаю, это действительно захватывающе.
DEADLINE: Был ли какой-то подобный прорыв в прошлом, сравнимый с потенциальным революционным изменением в элементах повествования, на которое может повлиять ИИ?
КЕННЕДИ: В каком-то смысле это похоже на то, как мы работали над «Парком Юрского периода», потому что тогда это было наложение инноваций, внедряемых Джорджем в области звука, визуала, монтажа и всех тех цифровых инноваций, которым он действительно открыл дорогу. И когда у нас появилась возможность впервые сделать кадр, созданный компьютерной графикой, в то время Джон Ласситер работал в ILM, мы снимали «Молодого Шерлока Холмса». Там был витраж, и фигура из витража вышла на пол в церкви. Многие не помнят, что это был первый кадр, созданный с помощью компьютерной графики. Это было невероятно захватывающе. Это породило три года обсуждений и исследований, чтобы дойти до того момента, когда мы стали способны создать «Парк Юрского периода». Я наблюдала за этой эволюцией и участвовала в изменении подхода к созданию масштабных фильмов со спецэффектами. Я не говорю, что это повлияет на всё, что вы будете делать в фильмах, но, безусловно, в масштабных блокбастерах, где вы пытаетесь создать миры и образы, которых зрители раньше не видели, я действительно верю, что эта технология поможет.
Про «Звездный истребитель» и перемены
DEADLINE: Вы только что закончили съемки шестого фильма во вселенной «Звездных войн». Предполагается ли, что «Звездный истребитель» получит несколько частей?
КЕННЕДИ: Изначально он задумывался как отдельный фильм. Шон Леви сделал процесс настолько приятным для всех, и мы нашли этого 14-летнего парня из Ирландии, у которого практически не было опыта [съёмок в кино]. Всегда рискованно строить сюжет на юном актере. Ты не совсем уверен, насколько комфортно ему будет в этой роли. Флинн Грей оказался очень особенным ребенком. Когда вы приглашаете детей на роли, многое зависит от родителей. У него замечательные родители, и ему в этом плане тоже повезло. Он не просто работал с Райаном Гослингом; структура фильма такова, что каждые несколько недель к нему приходил новый актер, с которым он работал один на один. Мэтт Смит, Эми Адамс, Аарон Пьер. Было так захватывающе наблюдать за каждым из них, потому что он просто приходил в восторг от актеров, с которыми работал. Как если бы он учился в лучшем университете, который только можно придумать.
DEADLINE: Когда-то мы все сбавляем обороты. Помимо потенциала ИИ, что еще вдохновляет вас в этот период исключительных перемен?
КЕННЕДИ: В том периоде моей карьеры, когда ты хорошо понимаешь, в чём ты хорош, и чем действительно хочешь заниматься, есть своя прелесть. И это невероятно приятное чувство. Я никогда не представляла себе, что когда-нибудь стану руководителем, но я ни о чем не жалею. Для меня захватывающе, что я увидела индустрию с разных сторон. Я гораздо лучше понимаю, как принимаются решения и почему, и когда что-то кажется иррациональным или что-то в этом роде, ты понимаешь, к чему этому ведет. Но моя любовь – это создание фильмов. Я просто люблю создавать что-то новое.
DEADLINE: Что вам нравится в этом больше всего?
КЕННЕДИ: Я люблю сообщество. Мне нравится общий опыт. Мне нравится сотрудничество. Это просто невероятно полезно. Ты всё время находишься в настоящем моменте. Я думаю, когда ты руководитель, это не так. Есть ощущение, что создаешь что-то, а потом все хотят говорить только о том, что будет дальше и что нас ждет впереди. Или ты переживаешь из-за того, что не получилось, что уже позади, и никогда по-настоящему не живешь сегодняшним днём. Что мне нравится в создании фильмов, так это то, что ты просто живёшь этим, в моменте, и каждое решение, которое ты принимаешь в этот момент, влияет на всё. Мне нравится этот вызов, это волнение, это спешка. Это просто постоянно будоражит.
DEADLINE: Одна из ваших первых продюсерских работ была над фильмом «Инопланетянин». Должно быть, съёмки этого фильма были безумными…
КЕННЕДИ: Да, но не забывай, Майк, в контексте того, что мы думаем сегодня, это был фильм с бюджетом 10 миллионов долларов. Это небольшой фильм. Сегодня это считалось бы независимым кино. А потом он просто взлетел, в то время, когда мы отмечали год после премьеры. Владельцы кинотеатра хотели испечь торт и устроить большое торжество, потому что фильм крутили целый год. И стоит ли говорить, что те времена давно прошли. «Инопланетянин» был маленьким паровозиком, который смог. Не было огромного успеха в первый уик-энд; он просто оставался в кинотеатрах стабильно и уверенно, и в итоге стал одним из самых кассовых фильмов всех времен.
DEADLINE: «Индиана Джонс в поисках утраченного ковчега», «Полтергейст», «Назад в будущее», «Парк Юрского периода», «Список Шиндлера», «Смерч», «Шестое чувство». Большие хиты, каждый со сложным сюжетом и технически сложный. Кажется, вы точно знаете, что делаете…
КЕННЕДИ: Сейчас я чувствую, что знаю, что делаю, но помимо этого я просто люблю этим заниматься. Поговорка о том, что ты никогда не будешь работать ни дня в своей жизни, если любишь то, что делаешь? Я всегда это чувствовала. Большую часть времени я действительно наслаждаюсь тем, что делаю, в основном благодаря людям. Потому что есть что-то очень приятное в том, чтобы принадлежать к тем, кем ты восхищаешься, кто тебе нравится и с кем ты хочешь быть, и вы все пытаетесь создать лучшее на что способны. Это доставляет невероятное удовольствие. Я очень, очень счастлива, что могу зарабатывать этим на жизнь. Вот, как сегодня вечером, когда Шон Леви произносил свою красноречивую речь по случаю окончания съемок, напомнив мне, что 10 лет назад он за свой счет прилетел в Лондон, чтобы поговорить со мной и рассказать, что для него значат «Звездные войны» и как сильно он хочет снять фильм по этой вселенной. А в 2022 году я позвонила ему и сказала: «Давай. Давай подумаем, каким может быть этот фильм» (интервью с Шоном Леви о его попадании в режиссёрское кресло «Звёздных войн» читайте здесь). И вот мы здесь. Он осуществил свою мечту, и весь процесс был просто потрясающим. Что может быть лучше?
DEADLINE: Итак, что насчет вопроса, который я задал ранее? Похоже, Шон с удовольствием вернется, и вы открыли этого парнишку из Ирландии. Увидим ли мы его взросление в рамках серии фильмов?
КЕННЕДИ: Могли бы, но по задумке это самостоятельный проект. Следующий фильм – «Мандалорец» Джона Фавро, тоже замечательное и совершенно иное кино по «Звездным войнам». Он выходит в мае . И как только я вернусь в город, мы с Джоном сядем и посмотрим его.
Всё время, пока мы снимали «Звездный истребитель», мы работали над эффектами, которые будут использованы в этом фильме. Мы закончили съемки в ноябре. У нас был длинный пост об этом. Так что я снова увижу множество кадров со спецэффектами, вставленные в фильм Джона, я снова погружусь и закончу с этим. Фильм Шона может получить продолжение, но сейчас это не входит в наши планы. Мы действительно сняли фильм как самостоятельную историю. Но нельзя игнорировать то, насколько хорош этот молодой актёр. Я очень удивлюсь, если он не продолжит сниматься, и мы не попробуем написать ещё какие-нибудь сюжеты. Но было по-своему приятно не вдаваться в это и не думать об этом заранее. Мы смогли просто снять фильм и рассказать историю.
Про преимущества и недостатки в работе над «Звездными войнами»
DEADLINE: Какие преимущества и недостатки вы отметили для себя в управлении компанией, построенной на столь любимом многими бренде?
КЕННЕДИ: К преимуществам относится осознание того, как много людей любят «Звёздные войны». Большинство людей, конечно же, те, с кем я общаюсь, и люди вне киноиндустрии, любят «Звёздные войны». Они любят фильмы, им могут нравиться все сериалы, им могут нравиться некоторые из сериалов. Но когда я присоединилась к компании, я поняла несколько вещей. Мы начали в тот момент, когда фильмов не снимали лет 10 или больше, но память о величайшей серии фильмов в истории кинематографа всё ещё была жива. Так что вы становитесь частью того, что сопряжено с огромными ожиданиями. Хотя в то же время, вы понимаете, что нужно найти новых героев, расширять вселенную и думать о том, кто станет вашей новой аудиторией. Мне кажется, именно это я и делала, думаю, как и все, с кем я работала в течение последнего десятилетия. К плюсам можно отнести привлечение новой аудитории. Думаю, мы нашли новых героев. И продолжаем находить новых персонажей.
DEADLINE: А насчёт минусов?
КЕННЕДИ: Самое неприятное в том, что есть очень, очень небольшой процент фанатов, у которых огромные ожидания, и по сути они хотят видеть практически то же, что было раньше. И если это не входит в ваши планы, то вы знаете заранее, что разочаруете их. Я не уверена, что с этим можно что-то поделать, потому что всем не угодить. Всё, что вы можете сделать, это попытаться создать хорошую историю и придерживаться сути того, что создал Джордж. Он заложил невероятные смыслы в сами «Звёздные войны» и в то, о чём они рассказывают. Вся идея надежды, веселья и развлечения, которую он создавал все эти годы – вот что я пыталась сохранить. И я бы ничего не изменила, ничего поменяла бы в том, что мы сделали за эти годы. Я понимаю, почему некоторым людям что-то нравятся больше, что-то меньше, но это не изменит того, почему я решила сделать определённые шаги и почему я решила работать с теми, с кем мы работали.
Я думаю, что все, кто пришел в мир «Звездных войн», любят «Звездные войны», и в первую очередь это и было важно. Хочется, чтобы люди, приходящие в мир «Звездных войн», хотели сочинять, снимать фильмы и создавать сериалы, которые смотрелись бы достойно и к которым ты был бы неравнодушен. Джон Фавро совершенно отличается от Тони Гилроя, и тем не менее, оба они невероятно талантливые рассказчики. Мне было очень увлекательно поддерживать каждого из них в стремлении рассказать те истории, которые они хотели рассказать. Я думаю, что у меня хорошо это получается, это то, что мне нравится и чем мне хочется продолжать заниматься. Надеюсь, это вывело «Звездные войны» на новый уровень. Будет видно на долгой дистанции, но сейчас кажется, что это так. Мне кажется, мы расширили вселенную, привлекли новую аудиторию. И я думаю, что сделать это – самое трудное, говоря о франшизах в целом. Но особенно с чем-то уровня «Звездных войн», в которых Джордж просто придумал нечто, ставшее частью детства каждого человека. Первое, что мне говорит каждый приходящий режиссёр, желающий работать над «Звездными войнами», это: «Давайте я расскажу вам о том, как я впервые пошел на «Звездные войны» со своим отцом».
DEADLINE: Когда Джей Джей Абрамс начал третий цикл фильмов «Звездные войны», я спрашивал многих режиссеров, как на них повлиял тот самый первый фильм. Моя любимый ответ – от Ридли Скотта, когда я брал у него интервью по фильму «Марсианин». Он пристально посмотрел на меня и сказал: «Ну, вот что произошло». И он рассказал замечательную историю о том, как они работали с Дэвидом Паттнэмом над его следующим фильмом «Тристан и Изольда», и сделали перерыв, чтобы посмотреть фильм, о котором все говорили. Ридли сказал, что во время просмотра он все больше и больше злился. Не потому, что ему не нравился Джордж или его фильм, а потому, что он не додумался до этого первым. Выходя из театра вместе с Паттнэмом, он повернулся к продюсеру и сказал: «Думаю, я не смогу работать над этим вашим фильмом. Мне нужно отправиться в космос». Это привело его к «Чужому».
Все слышали, что Брюс Спрингстин или другие музыканты, смотрели Элвиса Пресли или The Beatles на рассвете телевидения, и понимали, чем хотят заниматься в жизни. Джордж сделал нечто подобное в своей первой трилогии. Как это изменило вас?
КЕННЕДИ: Я не знала этого о Ридли. Это потрясающе. Многие из нас могут рассказать о моменте, когда они увидели «Звездные войны». Это повлияло на стольких людей в киноиндустрии, изменило то, как мы решали, чем хотим заниматься, благодаря тому, о чем мы только что говорили. Новые инструменты, инновации, то, как мы рассказываем истории и как создаем образы. Он создал такой мир, который был немыслим за 10 лет до этого. И все были поражены, увидев нечто невиданное.
DEADLINE: Всегда здорово, когда фильм вызывает у нас такие чувства. Я ощутил это в «Оппенгеймере», а совсем недавно – в «Битве за битвой», и особенно в «Грешниках». Смелость Райана Куглера (интервью с ним и его коллегами-режиссёрами читайте здесь), в переходе от этого чувственного блюза в клубе к образам людей прошлого и настоящего, от Африки до Комптона, в которых можно увидеть связующую их нить и влияние истории прошлого и настоящего на эту музыку. Куглер зашёл на территорию жанровой «песочницы» и перевернул её с ног на голову, сделав её актуальной для всех, заставив задуматься о своих собственных корнях и истории происхождения. Я не думаю, что когда-либо видел в кино что-то похожее на то, что он сделал. Предполагаю, вы бы всё отдали за то, чтобы посмотреть, насколько успешен такой человек был бы во вселенной «Звёздных войн»?
КЕННЕДИ: О, поверь мне, Майк, большая часть того, чем я занималась – это такие попытки. Общаться с людьми, которых я хотела бы сделать частью этого пространства, и которые могли бы создать что-то, чего мы никогда раньше не видели. Но «Звёздные войны» — это не совсем для Райана. Самое сложное – найти режиссёра и сказать: «Ты можешь быть здесь и при этом остаться собой». Я хорошо знала Тони Гилроя по фильмам «Идентификация Борна». Он не видел себя во вселенной «Звёздных войн». Я сказала: «Ладно, давайте просто обсудим это». И он пришел на съемки «Изгой-один», помог нам, и постепенно его это затянуло. К тому времени, когда мы обсуждали «Андор», он нашел способ пробраться в проект, потому что понял, что ему нужно рассказать что-то важное, и он может сделать это в рамках «Звездных войн», это начало его захватывать. Это затягивает – пробовать, а потом находить что-то подобное. У меня были предварительные переговоры с Дэвидом Финчером . С Винсом Гиллиганом – насчёт сериала. Я встречалась с Алексом Гарлендом и с другими, произнося имя которых, вы сразу думаете: «О, это могут быть интересные «Звездные войны»». Но не каждый так просто согласится: «О, да, отлично. Я всё бросаю и потрачу следующие три-пять лет на то, чтобы во всем этом разобраться». Это еще один момент, который следует учитывать. Это фильмы, которые действительно сложно сделать, гораздо сложнее, чем, как мне кажется, люди думают. Людям приходится откладывать свою жизнь на годы.
DEADLINE: Сколько лет в среднем?
КЕННЕДИ: От трех до пяти лет, начиная с момента разработки и заканчивая концептуальной работой и созданием.
Про работу с разными режиссерами и развитие франшизы «Звездные войны»
DEADLINE: Давайте перейдем к тому, что больше всего интересует поклонников. Прогресс в работе над фильмами и сериалами тех режиссёров, которые посвятили этому три-пять лет. Райан Джонсон, Джеймс Мэнголд , Саймон Кинберг, Тайка Вайтити . На каком этапе находятся их проекты?
КЕННЕДИ: Здесь мне нужно ступать немного осторожнее. Джим Мэнголд и Бо Уилимон написали невероятный сценарий, но он определенно ломает шаблоны, и проект на паузе. Тайка представил, на мой взгляд, очень смешной и отличный сценарий. Решать не только мне, особенно когда я одной ногой за порогом. Дональд Гловер представил свой сценарий. И, как вы читали, Стив Содерберг и Адам Драйвер представили сценарий, написанный Скоттом Бернсом . Он был просто великолепен. Все это возможно, если кто-то готов рискнуть.
Я помню, когда я устроилась на эту работу, первое, что сказал мне Боб Айгер, было: «Будь смелой». Мне всегда это нравилось, потому что я думаю, что нужно быть смелым и готовым рисковать с людьми и с идеями. Иначе ты просто делаешь одно и то же. Сейчас мы живем в эпоху, когда компании избегают риска, и я это понимаю. Я слышу все эти разговоры. Им нужно угодить Уолл-стрит, и я это понимаю, но я также считаю, что именно это в конечном итоге приводит к исчезновению всего. Я просто думаю, что нужно идти на риск. Всё, о чём я только что трещала – это своего рода риск, потому что ни один из этих режиссеров не взялся за фильм, чтобы просто повторить что-то уже сделанное. Меня это радует, но студия из-за этого нервничает, и вот в такой ситуации сейчас всё находится.
DEADLINE: Что насчет возвращения Райана Джонсона? После того, как «Звездные войны: Эпизод VIII – Последние джедаи» собрали 1,3 миллиарда долларов по всему миру, мы думали, он вернётся.
КЕННЕДИ: Как только он заключил сделку с Netflix и начал снимать «Достать ножи», это заняло огромную часть его времени. Вот что ещё здесь происходит. После того, как мы с Шоном начали говорить о «Звездных войнах», стартовали «Очень странные дела», и какое-то время он был полностью поглощен этим. То же случилось и с Райаном. И кроме того, я думаю, его напугала негативная реакция в интернете. Я считаю, что Райан снял один из лучших фильмов по «Звёздным войнам». Он блестящий режиссёр, и его это напугало. Это суровая часть работы. Когда люди приходят сюда, каждый режиссёр и актёр спрашивает меня: «Что произойдёт?» Они немного напуганы.
Про отношение Кеннеди к критике и новые проекты
DEADLINE: Вы, несомненно, стали более толстокожей. Должно быть, когда вы продюсировали фильмы с Фрэнком Маршаллом для Стивена Спилберга, вы не сталкивались со всей этой критикой. Что вы говорите, чтобы успокоить эти плохие предчувствия новичков в «Звёздных войнах»? Каждый раз, когда вы выпускаете новый фильм или сериал, это как «ложись, граната!».
КЕННЕДИ: Я честна, особенно в отношении женщин, которые попадают в эту сферу, потому что они несправедливо становятся мишенью. Я не пытаюсь ничего приукрасить. И я подчеркиваю, что это очень небольшая группа людей с громкими рупорами. Я действительно не верю, что это большинство фанатов. И я думаю, что помимо этого, мы живем в таком странном мире, где боты могут на что-то влиять. Нужно стать толстокожим. Это совершенно верно. Нужно это сделать. Вы не можете заставить это исчезнуть. Все, что мы можем сделать, это опустить головы и делать свою работу, веря, что мы делаем всё возможное, создаём лучший сюжет, какой только можем. И если кто-то очень нервничает по этому поводу и не хочет этого делать, я говорю: не занимайтесь этим, потому что я не могу гарантировать вам, что подобного не произойдет.
DEADLINE: Как продвигается проект, который пишет и продюсирует Саймон Кинберг?
КЕННЕДИ: Он работает над ним прямо сейчас. Он написал кое-что, что мы прочитали в августе, и это было очень хорошо, но не совсем то. Мы практически перевернули сюжет с ног на голову, а затем потратили много времени на доработки, которые он закончил буквально четыре недели назад. Это очень подробный сценарий, около 70 страниц. Так что мы ждём от него какого-нибудь результата в марте.
DEADLINE: Есть ли еще какие-нибудь фильмы или спин-оффы «Звездных войн», за которые фанаты никогда не простят меня, если я о них не спрошу?
КЕННЕДИ: Мы обсудили эту новую трилогию, а также те проекты, что ты упомянул. Фильм Мэнголда, как и фильм Содерберга, пока отодвинут на второй план. Думаю, проекты Тайки и Дональда все еще в какой-то степени живы. На самом деле, их судьбу предстоит решить новой команде. Дэйв, я знаю, что Дэйв и Линвен полностью поддерживают то, что делает Саймон, и это будет новая трилогия. По времени, это произойдёт в 2030 или позже. Вот что нас ждёт дальше.
DEADLINE: Какие из этих проектов вы будете продюсировать?
КЕННЕДИ: Я открыта для продюсирования всего, что им понадобится. Конечно, я бы с удовольствием довела до конца те проекты, в которых я участвовала, с теми режиссёрами, с которыми я работала, правда, если бы смогла. Но я ни на чём не настаиваю. Я искренне стараюсь поддержать новую команду, которая приходит мне на смену, и призываю их принимать решения. Они должны это делать. Чтобы продвигать такие проекты, нужно быть в команде, поэтому я действительно призываю их к этому.
DEADLINE: Это кажется гораздо лучшим, чем, как во многих случаях, когда руководитель уходит после долгого пребывания на посту, оставшиеся превращают всё в «Игру престолов». Очевидно, ваш брак выстоял, пока вы с Фрэнком Маршаллом занимались своими увлечениями. Вы будете больше работать вместе и гораздо чаще появляться друг у друга. Есть какие-нибудь опасения?
КЕННЕДИ: Нас спрашивают об этом на протяжении многих лет. Думаю, мы избежали этого, потому что стали очень, очень хорошими друзьями еще до свадьбы и работали вместе с самого начала. Поэтому у нас сложился такой располагающий подход к работе, как мы воспитывали детей и как мы делаем почти все. Это: «Ладно, отлично. Ты сделай это. Я сделаю это». Мы всегда старались «разделять и властвовать» и, думаю, мы достаточно уважаем друг друга и получаем удовольствие от общения, и мы через многое прошли вместе. Сейчас, после 39 лет брака, быть вместе просто комфортно. Мы были вместе девять лет до свадьбы.
DEADLINE: Как человек, чей брак продлился более 40 лет, я думаю, если правильно подобрать актеров в самом начале, то для достижения больших показателей достаточно просто не умереть. Так как быстро раскроется следующая глава вашей жизни?
КЕННЕДИ: Я не знаю точно. Я много с кем общаюсь и обсуждаю разные варианты, но я осторожна, потому что сейчас работаю только с этой компанией. Поэтому я не могу просто так выйти и свободно обсуждать, что я могу сделать, но я очень открыта этому в новом году, скажем так.
О чем Кеннеди жалеет и про жизнь после «Звездных войн»
DEADLINE: Похоже, ваша задача будет не в том, чтобы постоянно быть занятой, а в том, чтобы справляться с тем фактом, что у вас ограниченные ресурсы. Джордж Лукас, безусловно, обрел для себя новый смысл в своём Музее повествовательного искусства.
КЕННЕДИ: Мы с Фрэнком ужинали с Джорджем несколько недель назад, когда он приезжал в Лондон. Он так увлечен. Когда Джордж предложил мне эту работу, я чувствовала невероятную ответственность перед ним, даже больше, чем перед «Звездными войнами», и я очень рада, что он доволен тем, как обстоят дела. И я думаю, он почувствовал облегчение, продав компанию, и что мы так старались быть ее хранителями и опекунами. Создание этого музея, действительно отражающего его наследие, поставило его в очень хорошее положение. Он осел, успокоился, осознав, что его достижения и вклад в киноиндустрию были признаны на таком удивительном уровне, и навсегда останутся признаны.
DEADLINE: Все, что связано со «Звездными войнами» и «Индианой Джонсом», так тщательно изучается. Некоторые фильмы успешнее других, но все они, кажется, собирают огромные кассы. Есть ли какие-то фильмы, которые вы хотели бы вернуть на доработку, и, возможно, снять лучше, будь у вас больше времени, или от которых вы отказались, но хотели бы выпустить?
КЕННЕДИ: Нет, я ни о чем не жалею. Ну, может быть, немного жалею о «Соло: История Звездных войн». Я привлекла к проекту Ларри Касдана, и нас так захватила эта идея. А потом, когда ты чем-то увлечён и понимаешь, что в принципе, концептуально, ты не можешь заменить Хана Соло, по крайней мере, на данный момент.
DEADLINE: Харрисону Форду трудно найти равных…
КЕННЕДИ: Каким бы замечательным ни был Олден Эренрайк, а он действительно был хорош, и сейчас является замечательным актером, мы поставили его в безвыходную ситуацию. А как только ты в ней оказываешься, когда ты берешься за дело, тебе приходится продолжать. Думаю, я немного сожалею об этом, но не о самом процессе съемок. Я не сожалею об этом. Я просто думаю, что концептуально мы взялись за это слишком рано.
DEADLINE: В то же время многие считали, что «Индиана Джонс и колесо судьбы» — это пример того, как Харрисон Форд слишком долго оставался на танцполе…
КЕННЕДИ: Нет, нет. Я не сожалею об этом, потому что Харрисон хотел этого больше всего на свете. Он не хотел, чтобы Инди закончился четвертым фильмом. Он хотел получить ещё один шанс, и мы сделали это ради него. Я думаю, это было правильным решением. Он хотел сняться в этом фильме. Я не думаю, что история Инди когда-либо закончится, но я не думаю, что сейчас кто-то заинтересован в её продолжении. Но это фильмы вне времени, и история Инди никогда не закончится.
DEADLINE: Похоже, вы не исключаете ещё один фильм с кнутом и фетровой шляпой…
КЕННЕДИ: Никогда не знаешь. Но мы все ещё здесь, Стивен, Фрэнк, я, Харрисон и Джордж. Так что нам решать, будут ли ещё фильмы или нет.
